facebook

Третья мировая может начаться в Прибалтике

96
Foto: © flickr.com, U.S. Army Europe Images/Jeremy J. Fowler

На фоне наблюдающегося в последние годы в Прибалтике роста числа инцидентов между силами России и НАТО, усиление напряженности в этом регионе, где российская угроза воспринимается особенно остро, вызывает опасения насчет возникновения открытого конфликта.

Atlantico: Хотя все внимание СМИ сейчас сосредоточено на конфликте в Сирии и Ираке, что можно сказать о тревожном росте российско-американской напряженности в Прибалтике? Почему в регионе возникло настолько острое соперничество? И может ли это стать отправной точкой третьей мировой войны, как опасаются многие аналитики?

Гийом Лаган: За последние месяцы в Прибалтике участились инциденты между российскими силами и прибрежными государствами. Так, российские боевые самолеты залетали в воздушное пространство Швеции. Россия развернула ядерные ракеты средней дальности «Искандер» в Калининградской области. Москва делает это не впервые, однако происходящее явно представляет собой нарушение договоров и в частности, договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности 1987 года. Все это — часть российской стратегии усиления напряженности.

Почему в Прибалтике идет настолько острое противостояние? Прежде всего, Балтийское море всегда играло очень важную роль для России. Санкт-Петербург был построен в XVIII веке как раз для того, чтобы обеспечить выход России к этому морю. В начала ХХ века Балтийское море по большей части находилось под контролем России, которой принадлежали Финляндия и современные страны Балтии. Возможность выйти из этого моря и попасть в свободные ото льда воды — важнейший стратегический аспект для Москвы.

Однако сегодня в игру вступают и другие соображения, в частности экономические. Прибалтика представляет собой торговое пространство и территорию транзита энергоносителей: в частности, речь идет о проложенном из России в Германию газопроводе «Северный поток». К тому же, тут встает вопрос о глобальной игре, поскольку регион представляет собой важную фигуру на доске, как Черное море и Ближний Восток.

Сегодня в Прибалтике существует три стороны: Россия, государства-члены Североатлантического альянса (Дания, Польша и с 2004 года страны Балтии) и нейтральные страны вроде Швеции и Финляндии, которые из-за российской политики теперь задумываются о вступлении в НАТО.

С перспективой возникновения нового мирового конфликта нужно быть весьма осторожным. Но не стоит забывать прошлое: в 1939 году данцигский коридор стал предметом сильнейшей напряженности между Германией (она хотела вернуть себе эту часть Польши) и странами-союзниками. В сентябре 1939 года нападение на Польшу положило начало Второй мировой войне. Сегодня ситуация еще не вышла на такой уровень, но напряженность, безусловно, существует.

: Теория «третьей мировой войны» действительно ходила по российской прессе, которая привлекает наше внимание к ухудшению российско-американских отношений в Сирии. До этого мы еще не дошли: нынешняя ситуация характеризуется структурной конфликтностью отношений, которая открывает возможности для отраслевых договоренностей и локальных войн. Тотальная война не нужна ни одной из сторон: они, скорее, стремятся установить выгодное для себя соотношение сил и сохранить его. К тому же, подобное противостояние — это предварительное условия для переговоров, а не блокирующий фактор.

Прибалты считают, что находятся на передовой противостояния с Россией: в Эстонии и Латвии есть значительные русские общины, а в США еще со времен холодной войны имеется влиятельная прибалтийская диаспора. Бывший президент Литвы Адамкус (2004-2009) и бывший президент Эстонии Ильвес (2006-2016) работали на американскую администрацию до того, как возглавили свои страны, что отнюдь не улучшило их отношения с Россией.

— Как в последние годы Россия и США пытались друг друга запугивать? Как сегодня складывается соотношение сил?

Флоран Пармантье: После расширения НАТО в 2004 году российские военные учения упорно стремятся показать, что Москва пытается сохранить роль в региональном пространстве. Таким образом Россия намеревается напрямую говорить с США, как она сейчас это делает в Сирии. В ухудшениях российско-американских отношений ответственность лежит на обеих сторонах: у нас часто забывают, что во время первого мандата Владимир Путин положительно относился к США и Европе, но его Мюнхенская речь 2007 года, безусловно, ознаменовала собой поворотный момент.

Польские власти недавно выступили с критикой развертывания двух российских боевых судов. Все это происходит на фоне усиления напряженности из-за нарушений воздушного пространства стран Балтии и Швеции, а также присутствия ракет «Искандер» в расположенной между Польшей и Россией Калининградской области. Гонка вооружений в регионе еще не окончена… Несмотря на решительный настрой НАТО, Россия задействует в учениях все свои силы, что демонстрирует ее ударные возможности. Хотя, разумеется, это не означает, что она хочет пустить их в ход.

Гийом Лаган: В прибалтийском пространстве Россия начала следовать политике восстановления военно-морской мощи, о чем говорит появление кораблей, атомных подлодок и боевых самолетов.

Однако стратегия России не ограничивается одной лишь военной стороной. Она выстраивается и посредством формирования энергетического партнерства с Германией («Северный поток»), своеобразной оси Берлин-Москва. Напомним, что этот российско-немецкий консорциум возглавлял бывший канцлер Шредер.

Касается стратегия России и присутствия русских меньшинств в Прибалтике, в частности в Эстонии и Латвии, где на них приходится от 20% до 25% населения. С помощью раздачи паспортов, финансовой помощи и поддержки политических партий Россия пытается повлиять на эти меньшинства, которые, по ее мнению, относятся к «русскому миру».

Кроме того, Прибалтика привлекает большое внимание Вашингтона. В 1999 году США согласились на присоединение Польши к Североатлантическому альянсу. В 2004 году в НАТО вошли прибалтийские республики. Сегодня, после российского вмешательства на Украине (аннексия Крыма и поддержка сепаратистов) американцы стремятся гарантировать прибалтам защиту в случае нападения России и солидарность альянса в рамках пятой статьи договора. Во время недавнего саммита в Варшаве НАТО объявило о развертывании в Прибалтике своих сил, в том числе американских, чего не было ранее. Наконец, Польша участвует в американском проекте ПРО.

Сегодня можно сделать заключение о том, что соотношение сил складывается, по всей видимости, в пользу России, чьи войска намного превосходят армии НАТО. В Швеции обсуждается возможность продления военной службы с 2018 года для усиления вооруженных сил, чьих возможностей, как считается, сегодня недостаточно для ответа на российскую провокацию без помощи США. Нынешнее развертывание 4 000 американских солдат не в состоянии склонить чашу весов в пользу НАТО, однако призвано отправить Москве скорее политический, чем военный сигнал. Путинские силы, конечно, могут дойти до Риги за несколько часов, однако по пути им придется столкнуться с французскими и американскими солдатами…

— Некоторые американские аналитики полагают, что Россия могла бы захватить Прибалтику (Эстонию, Латвию и Литву). Насколько реалистичным кажется вам этот сценарий?

Гийом Лаган: Прежде всего, стоит напомнить, что в Прибалтике российская угроза все еще воспринимается чрезвычайно остро. Так, Финляндия сражалась на стороне Германии против СССР во время Второй мировой, а в 1945 году лишилась части своей территории, Карелии. С тех пор она придерживается политики нейтралитета, которая заключается в сохранении либеральной капиталистической системы без дипломатических провокаций в адрес Москвы, а также учете ее точки зрения.

Сегодня же российская угроза вызывает в Финляндии споры о сближении с НАТО.

В Прибалтике складывается похожая ситуация. Местные государства находились под властью России, получили независимость в 1918 году и крайне болезненно восприняли аннексию их территории СССР в 1940 году по пакту Риббентропа-Молотова. Поэтому после возвращения независимости в 1990 году их все еще преследовал страх повторной аннексии Россией. Отсюда их сближение с Евросоюзом и вступление в Североатлантический альянс в 2004 году.

Сегодня эти страны полагаются главным образом на поддержку американцев и членов НАТО: в военном плане они не в состоянии оказаться сопротивление России. Главной сложностью для них стал бы ответ на «гибридную войну», то есть отправку Россией «маленьких зеленых человечков», как в Крыму, для поддержки сепаратистских движений, например, в Эстонии или Латвии. К тому же, Эстония стала жертвой кибератаки со стороны России. Страны Балтии беспокоят в первую очередь именно такие нетрадиционные атаки, которые могут привести если и не к аннексии, то, по меньшей мере, к дестабилизации.

Флоран Пармантье: Сценарий, по которому Россия просто берет и аннексирует страны Балтии, как Крым, это фантастика чистой воды. Дело в том, что цена такой аннексии была бы несопоставимо выше ожидаемых дивидендов. Кроме того, подобные действия были бы чреваты целой чередой драматических последствий, что мы и видим вокруг украинского конфликта. Российское руководство вовсе не стремится к полномасштабному противостоянию.

Однако это не означает, что опасения прибалтов беспочвенные: они боятся в первую очередь гибридной войны, примером которой стала Украина (речь идет о смешении обычной войны, асимметричной войны и кибервойны). Многие наблюдатели считают возможным сценарий, когда Россия приходит на помощь меньшинствам.

В любом случае, следует задаться вопросом, чьим интересам следует та или иная риторика: в Вашингтоне существует коалиция правозащитников, центрально- и восточноевропейских националистов, а также ястребов со связями в ВПК. Россия представляет собой очень удобного врага для США, а агрессивное поведение ее президента лишь подпитывает стереотипы. Российскому антиамериканизму отвечает не менее реальная русофобия с другого берега Атлантики, пусть там она и ограничена главным образом стратегическими кругами.

— С приближением выборов в США возникает вопрос: как может измениться ситуация с избранием нового президента?

Флоран Пармантье: Судя по всему, Клинтон придерживалась бы более жесткого курса, чем Трамп: тот в ходе кампании наделал себе врагов (в частности среди мексиканцев и китайцев), но выразил готовность работать с Россией. Владимир Путин испытывает личную неприязнь к Хиллари Клинтон, которую он винит в «белой революции», то есть массовых протестах зимы 2011 года.

Однако ослабленная Клинтон может не следовать политике, которую предлагают присоединившиеся к ней неоконсерваторы. Трампу же вряд ли удалось бы кардинально изменить американскую политику, тем более что сенаторы могут на корню зарубить любые попытки разрядки с Россией. В любом случае, новой администрации еще потребуется время, чтобы освоиться, и это оставляет Владимиру Путину время на проведение инициатив. В ближайшие месяцы скучно точно не будет.

Гийом Лаган: Если судить по нынешним заявлениям кандидатов, избрание Дональда Трампа стало бы, скорее, позитивным сигналом для России, потому что тот критиковал зависимость стран Балтии от США через НАТО. Кроме того, он высказывался за улучшение отношений с путинской Россией. Можно предположить, что такие удивительные для кандидата от республиканцев заявления являются признаком растущего влияния России в Прибалтике.

Хиллари Клинтон в свою очередь придерживается более традиционной риторики, выражая стремление противостоять российскому экспансионизму. Раз она была госсекретарем и хорошо разбирается в международных отношениях, можно предположить, что она будет следовать традиционному американскому курсу по защите прибалтийских стран от российского вмешательства и развертыванию средств сдерживания, будь то ПРО или вооруженный контингент.

inosmi.ru

Добавить комментарий

комментарий